Мастера словесности не больно жалуют своих интерпретаторов. И Станислав Лем морщился от экранного «Соляриса», и Кену Кизи не нравился киноэквивалент его «Полета над гнездом кукушки», сделанный Милошем Форманом. Свои претензии к кинорежиссерам не раз выражали Войнович и Каверин, Богомолов и даже попсюк Стивен Кинг, которому, казалось бы, сам Бог велел быть терпимее. Слово и изображение с нечеловеческим трудом находят консенсус, а чаще всего не находят его вовсе. Зато Рэй Брэдбери был просто в восторге от того, как обошелся с его лучшим романом Франсуа Трюффо!
Апофеоз книжной темы, заканчивающейся полной ее аннигиляцией. «Бархатный вариант» Оруэлла: агрессия общества всеобщего благоденствия направлена исключительно на «книжечки, книжоночки, книжулички». Жуликами выставлены те, кто их хранит и читает. Запрещенный продукт подвергается аутодафе; название романа-фильма — температура сгорания бумаги. Выход, однако, видится автору в добровольном возвращении к «догуттенберговской стадии» цивилизации, которую советским людям навязала политическая власть и цензура. Подробнее Рекомендовать друзьям